Авторизация

Сайт Владимира Кудрявцева

 
» » Смерть как атавизм

Смерть как атавизм

  • Закладки: 
  • Просмотров: 569
  • печатать
  •  
    • 0

 



 

Илья Раскин, мой коллега, друг и ведущий постоянной колонки на нашем сайте поведал мне историю публикации, которая размещена ниже. В 1980-м году (32 года назад) написал небольшой трактатик. Не знаю, какими мотивами руководствовался автор (полагаю, достаточно весомыми), но 5 лет он назад дописал к нему введение и отправил все это в научно-популярный журнал «Знание – сила». Текст редакция хоть и  приняла, но как-то не очень  спешила представить на суд читательский. Настолько, что об этом забыл и сам автор. И вот, статья нашла читателя, а заодно и автора, которому сообщили о ее публикации в мартовском номере журнала за этот год. Рукописи, похоже, не горят, заметил по сему поводу Илья Анатольевич. А поскольку не горят хорошие (оговорюсь) рукописи, не прогорают и хорошие журналы, в которых их печатают. Даром что тема – бессмертие.


Логика Ильи Раскина столь же парадоксальна, сколь и проста. Если в природном мире все конечно, то конечно и такое явление, как смерть. И свой «конец» она находит именно в человеческом, общественно-культурном способе жизни. Уже который век, утверждая тезис о бесконечности человека, философия имеет в виду не отдельно взятое существо с головой, руками и ногами, а весь тот особый мир, которое оно вместе с другими такими же существами создает на протяжении всей человеческой истории. Мир человеческой культуры – техника, наука, искусство, экономика, право, религия, повседневный быт…, формы взаимоотношения людей внутри них и по их поводу переживают тех, кто индивидуально воплотил в них свои образы, мысли, чувства, стремления, свою душу. Как переживают их сами эти образы, мысли, чувства, стремления, душа. Порой утрачивая свою индивидуальность в безличном «коллективном духе». Но иногда и сохраняя ее – в тех случаях, когда речь заходит об индивидуальном вкладе гения в копилку этого «духа». Например, А.С.Пушкин создал русский литературный язык…


Но чем от этого легче головастому-рукастому двуногому без перьев? К примеру – тому же Пушкину? Пушкину, если рассматривать его как такое «двуногое», действительно, уже ничем не поможешь. Но культура расширяет не  только духовно-практические возможности человека, но и границы его жизни, содержит в себе никем толком не оцененный ресурс ее продления. Искусственные «костыли» уже не заменяют естественные органы, а превращаются в них. И мы уже опасаемся, что на каком-то этапе «превращения» получим андроида  вместо человека… 


Мы говорим: человечество гибнет от «болезней цивилизации» (в самом широком смысле слова). Это так. Но вот - мировая демографическая тенденция. Скажем, средний возраст неандертальца составлял  22,9 лет. При раскопках не удалось обнаружить останков неандертальского человека, который дожил бы до 60 лет. Губили неандертальцев в основном голод и эпидемии, с которыми не позволяла бороться их «примитивная культура»,  в значительно меньшей степени – природные катаклизмы. Польский демограф Э.Россет в своей книге «Продолжительность человеческой жизни» (М., 1981) приводит такие данные: «Средняя продолжительность жизни в первобытном обществе составляла 15–22 года, в Древнем мире — 20–30 лет. Незначительно увеличившись в Средние века и эпоху Возрождения (25–30 лет), в XVII–XVIII веках она в целом не превышала 40 лет. К концу XIX столетия средняя продолжительность жизни уже составляла 47–50 лет и постепенно росла в течение всего XX века».


Росту способствовали не только успехи физиологии, медицины и фармакологии, не только борьба с голодом (он и поныне остается одной из мировых проблем), не только повышение образовательного уровня населения планеты, но и, в целом,  меняющийся с опорой на эти подвижки образ жизни человека в культуре. Включая главное –  отношение человека к самому себе, ценность которого в массовых масштабах была осознана европейцами лишь в Новое время. Ее осознанию А.С.Пушкин способствует не меньше, чем Н.И.Пирогов, и этим продлевает нам жизнь. А блистательные медицинские достижения Пирогова (как и большинства великих врачей) во многом определялись тем, что он представлял себе эту ценность не хуже, чем Пушкин.


Жизнь в мире удлиняется, в тенденции стремясь даже если не к бесконечности, то к непредсказуемым по своему значению величинам,  а смерть, по словам Ильи Раскина, потихоньку становится… атавизмом (у России, увы, и здесь «особый путь»). Прекрасно,  но что с этим делать? Проблемы, которые могут возникнуть в связи с этим, обескураживают не менее  перспективы «вечной жизни».


В качестве приложения к публикации Ильи Раскина размещаю статью Дарьи Золотухиной о долгожительстве японцев из журнала «Русский Репортер» (2012. № 12). Там можно найти некоторые иллюстрации к тому, что написал Илья, а при желании – и ответы на часть из поставленных им вопросов.


Владимир Кудрявцев


 


Илья Раскин


Прикажут долго жить


 Научные открытия и изобретения бывают разные. По своим последствиям. Открыли спутники Юпитера – ну и ничего, пусть себе летают, нам от этого ни тепло, ни холодно. Изобрели паровую машину – совсем другое дело. Получили в результате капитализм. Компьютер тоже изменил наш образ жизни, причем очень заметно. То ли еще будет. Одно плохо и грустно:


 Малый узрев лишь удел человеческой


жизни злосчастной,


Гибнут, как дыма струя,


скоротечных людей поколенья…


(Эмпедокл)


 Со времен древних греков ситуация со скоротечностью жизни, конечно, улучшилась, но не радикально. А ведь в России нужно жить долго!


 Теперь посмотрите работы московского академика Владимира Скулачева – они доступны в Интернете. Подумайте над этим немного. Ведь речь идет – ни больше ни меньше – о преодолении смерти. Об «отмене» ее. О том, что перспектива эта – в обозримом будущем. И не исключено, что многие из нас до этого доживут.


 «О, сколько нам открытий чудных готовит просвещенья дух.»


 Еще пример – о том же. Евгений Евтушенко выступает на «Эхе Москвы» в связи со своим 75-летием. Вот  выдержка.


 Е. Евтушенко: Они (сотрудники Новосибирского Академгородка. – И.Р.) попросили, чтобы я выступил перед ними. Я читал долго. 3,5 часа. Вы знаете, и вдруг получил такую записку. Это был академик один. И он написал: «Евгений Александрович, я уже замечал Вашу манипуляцию с Вашим самопредсказанием. Так вот я хочу Вас порадовать или огорчить, я уж не знаю. Но дело в том, что биология стоит сейчас на пороге совершено фантастических открытий. Это замена клеток человека».


 К. Ларина: То есть вы готовы искусственно продлевать свою молодость? Зачем вам это нужно? Тьфу, тьфу, тьфу.


 Е. Е: Нет, нет. Подождите. Он сказал так, что это будет все зависеть от воли человека. Если мне наскучит жизнь, а что-то по моему характеру не похоже, что она мне наскучит…


 К. Л: То есть готовы двести и триста.


 Е. Е: И он сказал: «Я уже вам придумал новый вариант. «Я до 1003-х собираюсь жить». И смотрите, Евгений Александрович, почти укладывается в размер». Так что это написал ученый. Он пошутил, но в шутке большого ученого, может быть, доля есть правды. Ну, не знаю, мы действительно стоим на пороге каких-то очень многих открытий…


 Не знаю, где – в Москве, в Новосибирске, Оксфорде, Токио или Лос-Аламосе будут сделаны решающие открытия и разработки – но будут. Не сомневайтесь. В этом, XXI веке. Будем готовиться? Ведь такое начнется… Почему никто не занимается прогнозированием последствий этой величайшей в истории революции? Об этом говорят только в узких научных и околонаучных кругах – да и то в основном о биологической стороне дела. Опять ленивы и нелюбопытны?


 У меня нет ответов на многочисленные вопросы. Но – давайте хотя бы посмотрим, какие вопросы могут возникнуть. Хотя бы навскидку, без претензий на полноту, достоверность и глубокомыслие. Пофантазируем.


 Назовем средство, позволяющее радикально удлинить человеческую жизнь, «пилюлей».


Учтем: пилюля позволит продлить жизнь не на проценты, а в разы. Не знаю,сколько: 200 лет, 300, 500 или 1000… Давайте примем условно 500 лет жизни.


 Вопрос, который возникает сразу и неотвратимо: КОМУ? Кому дать пилюлю, кому не дать? Ведь понятно, что сразу на всех не хватит. Даже после окончания лабораторной, экспериментальной стадии предклинических и клинических испытаний – на всех сразу не хватит пилюль. Тут почва для таких страстей и конфликтов – и личных, и межгосударственных – никому мало не покажется. Тут ведь не о богатстве и бедности речь, а о жизни и смерти!


Не знаю, какова будет себестоимость. Может, пилюля окажется бриллиантовой, а может, и как аспирин. Важно не это. Важно то, что на всех не хватит. Так что поначалу – точно дорого. Представьте себе очередь в аптеку. Великие вожди и Любимые руководители захотят пасти благодарные на роды веками. Засуетятся богатые Буратины – буратинины Мальвины непременно затребуют себе вечной молодости. Да и сами Буратины будут не против по жить вволю*. Голливуд припрется в полном составе.


Особо заслуженные и ценные для государств «кадры» – само собой. Через закрытые распределители. А распределение пилюль, о-о-о, распределение! Вы представляете, какой кайф такое распределять! За право «это» распределять можно даже самому от «этого» отказаться!


 Черный рынок – как же без него? Это вам не героин, это круче! Неготовность общества к подобным ситуациям чревата, мягко говоря, крупными неприятностями. Что делать? Ну, не знаю, надо уже сейчас работать юристам, правозащитникам, футурологам, биоэтикам, социологам, психологам, экономистам, демографам, всем заинтересованным. Ну, хоть некие общие принципы сформулировать! Пока не поздно. Ведь даже если будем готовы концептуально, морально, юридически – все равно проблем не избежать, и это не на один год! 


Теперь о вопросах не столь драматических, но немаловажных. В каком возрасте (биологическом)мы застрянем на века? Будем ли постоянно выглядеть и чувствовать себя на 20? Или будем взрослеть стареть как сейчас – до очередной пилюли, потом – обратно в 20, потом опять стареть – до очередной пилюли? Или каждый выберет себе постоянный желаемый возраст – кто-то 30, кто-то 50? – Не знаю. Сейчас не нашего ума это дело. Но интересно. 


Кстати, здесь есть такой чисто эстетический аспект. С одной стороны, хорошо всегда смотреться свеженько. Ну а как же благородные седины? Как же суровые складки у губ, где жизненный опыт и жизненный путь, отраженный на лице? Кстати, кто и как будет играть короля Лира? Старшего Карамазова? Старуху Изергиль, наконец?! 


Сфера образования, судя по всему, изменится радикально. Если сейчас человек тратит на образование, условно говоря, четверть жизни, то при 500 годах на образование запросто можно потратить 100. А это солидно. Тут уже можно всерьез говорить о всесторонне развитой личности. Здесь уже можно рассчитывать на всеобщее и обязательное освоение нескольких языков, истории, философии, математики, физики, техники, биологии, психологии, медицины, искусств, ремесел… Кафедрам возрастной и педагогической психологии придется переписывать учебники. 


Семейная жизнь. Кому-то понравится жить с той же женой (мужем) несколько веков, кому-то захочется разнообразия. Тем более что физические кондиции будут позволять – женитьба какого_нибудь 170-летнего «дедушки» в расцвете сил на 17-летней девушке (или наоборот) вовсе не будет «неравным браком»… 


Сколько детей иметь? Не знаю. Во всяком случае, нашей стране перенаселение не грозит. Пусть демографы позанимаются утопией. Взаимоотношения поколений. Ведь сколько пра-пра-пра-пра-пра-пра… соберутся за столом по случаю 300-летия кого-нибудь! Их бы хоть запомнить. Тут поле для фантазии. 


Работать, насколько я понимаю, можно будет до упора, без устали. Я бы имел несколько профессий, что-бы не надоело. Наверное, так и будет. 


Пенсии – отменить как класс. Поскольку трудоспособность сохраняется всю жизнь и только возрастает. Вот где решение! Заживем! 


Это, конечно, не все вопросы и проблемы. Но, хоть некоторые – очевидные. Давайте подумаем над ними.


 Свое первое самостоятельное философское сочинение (не по казенной надобности, вроде аспирантских тезисов) я написал в 1980 г. Оно было посвящено проблеме индивидуально го бессмертия. Все копии были розданы коллегам «почитать», где и пропали. Воспроизвести текст я сейчас не в состоянии, остается представить тезисно логику и аргументацию.


 Индивидуальное бессмертие


 Проблема индивидуального бессмертия – действительная (не псевдо-) проблема. Притом, действительно, проблема. Философские концепции, игнорирующие эту проблему (либо считающие ее не своей, числя, например, целиком по ведомству религии), являются ущербными.** 


Субъективно действительность проблемы выражается в негативном отношении к смерти, ее нежелании, избегании, неприятии, восприятии ее как трагедии (хоть и неизбежной). Случаи суицида или как-то иначе выраженного «танатоса» – исключения,  подтверждающие правило. 


Жизнелюбие человека – иного рода, чем у животных. Оно не инстинктивно, а, так сказать, принципиально. Объективно в основании проблемы лежит действительная причастность отдельного человека бесконечному, представленность этой бесконечности в индивидуальной жизни. Бесконечный мир и конечная жизнь приходят в индивиде в напряженное противоречие, требующее разрешения. Субъективная необходимость (потребность) бесконечной жизни, неприятие смерти имеет объективные основания, это именно необходимость, а не каприз или причуда. Лев Шестов почувствовал и выразил это наиболее остро и ярко, и он прав, – во всяком случае, в постановке вопроса. Как бы субъективная нужда значит и «весит» не меньше всех законов природы вместе взятых, и это так: в ней – стянутый в «субъективную» точку голос (вопль!) бесконечной вселенной, исчезновение которой противоестественно. Смерть индивида естественна и  противоестественна в то же время – так, наверное, можно сформулировать это противоречие.


Смерть несправедлива, несмотря на всю свою естественность, от которой не легче. Справедливость – нравственная категория, а нравственность не «субъективна», она имеет объективный, онтологический статус. Смерть как исчезновение индивида не есть разрешение противоречия, но всего лишь «ликвидация» одной из его сторон.


Большинство религий решают (так или иначе) это противоречие в пользу бесконечности индивидуального бытия. Иллюзорность, «чудесность», «сверхъестественность» религиозного решения вопроса не есть его нелогичность. Осознание этой иллюзорности – лишь требование действительного решения.


Чисто светские, позитивистские решения проблемы – продолжение жизни в детях, в делах, в памяти живущих и т. п. – разумеется, некоторое утешение, но проблема тем самым, по существу, не решается и не снимается.


Утверждение, согласно которому все индивидуальное и конечное обречено на гибель просто в силу своей конечности, основано на «общих соображениях», подтверждаемых индуктивным обобщением наблюдаемых случаев. Но суждение «все люди смертны» ничуть не лучше суждения «все лебеди белы», а общие соображения могут допускать и прямо обратное (неуничтожимость атомов у Демокрита, подобные же современные гипотезы относительно элементарных частиц и т.п.). Жизнь и смерть – вовсе не противоположности, предполагающие друг друга. Это лишь привычная фигура речи. Жизнь противоположна неживой материи (не-жизни как форме бытия), смерть противоположна рождению, а не жизни.


Смерть необходимо сопровождает жизнь не «вообще», а лишь в условиях изменяющейся среды обитания организмов, к которой эти организмы вынуждены приспосабливаться. Смерть индивида обеспечивает выживание и эволюцию вида. Смерть индивида – продукт, механизм и необходимый элемент естественного отбора. Для простейших организмов***, существующих в стабильной, неизменной среде, нет никаких принципиальных причин, по которым они непременно должны гибнуть.


Человек как биологический вид не эволюционирует, он (со времени кроманьонцев) более не подчиняется естественному отбору. Мало того, способ взаимодействия человека и среды прямо противоположен естественно-биологическому: человек не  приспосабливается к среде, а приспосабливает среду к себе; он живет в искусственной, культурной среде.


 В основе – труд как основа человеческого способа бытия. Но вместе с организмом человек унаследовал и все то, что предшествующая эволюция в него заложила, включая «запрограммированную» для нужд отбора смерть. В этом смысле для человека смерть есть атавизм.


Смерть не имманентна жизни: как жизни вообще, так и человеческой жизни в особенности. Смерть имманентна определенным формам жизни, основанным на разделении и сегрегации: войне и концлагерю.


Человек имеет два тела: органическое, которое у каждого свое, и «неорганическое тело человека» – общее для всех, «тело коллективного пользования», тело культуры.


Неорганическое тело человека – не метафора. Оно представляет собой систему органов, продлевающих, усиливающих, расширяющих возможности органов «просто» тела.


Это орудия труда (руки), средства передвижения (ноги), энергетика и двигатели (мышцы), здания и системы теплоснабжения (кожный покров и механизмы теплообмена), сельхози продуктовая отрасли, кухня (пищеварение), библиотеки, прочие – теки, архивы, средства коммуникации, системы управления, компьютеры (мозг) и пр. Плюс «культура» в более узком смысле – язык, искусство как «общественная техника чувства» (Л.С. Выготский) и т.д.  


 Материально эволюционирует в ходе истории именно «коллективное тело». «Чувство бесконечности», присутствующей в жизни индивида – не иллюзия и не мистика. И чувство, и понятие бесконечности материально обеспечены действительной универсальностью неорганического тела, связанностью через него каждого со всеми и со всем миром, его бесконечными потенциями, на которых основана универсальность духовной жизни.


Во всяком случае, проблема индивидуального бессмертия (неограниченного продления жизни) выйдет на первый план, станет общественно актуальной практической задачей не раньше, чем в масштабах человечества будет решена задача повседневного поддержания жизни, элементарного выживания, хлеба насущного. Разумеется, другое условие (связанное с первым) – безусловное и всеобщее признание бесконечной ценности и незаменимости каждого человека.


Человеческий организм качественно конечен. Тем более конечен всякий его элемент, орган, система, функция. Механизм, обеспечивающий старение и смерть, также конечен. Независимо от того, как и куда он «встроен» (скорее всего – на молекулярно-генетическом уровне). Соответственно, познаваем во всех подробностях в конечное время.


Поскольку механизм старения и смерти конечен (каков бы он ни был), его действие можно если не «отменить», то, во всяком случае, компенсировать. Средства для этого в принципе неограничены. «Человек превращает всю природу в свое неорганическое тело» (Маркс), и в распоряжении человека – именно «вся природа» (превращаемая во «всю культуру»). Ее универсальной мощи в любом случае достаточно для того, чтобы преодолеть действие любого частичного и конечного механизма. Средства решения проблемы находятся там же, где ее причины и основания, они – в «конечно-бесконечной» природе человека.


Разумеется, речь не идет о бессмертии в буквальном смысле слова, но всего лишь о неограниченном продлении жизни. Смерть, переставая быть биологической необходимостью, остается как случайность: ничто не может избавить человека от несчастного случая.


Проблема разрешима в принципе. Ничего другого сейчас предложить нельзя, но, думаю, и это кое-что. Человеку не вредно знать, что смерть в принципе преодолима. Когда и как конкретно проблема будет решена – вопрос будущего.


Конечно, приведенные соображения могут показаться «слишком общими». Но, во-первых, ничего другого я сейчас привести не в состоянии; во-вторых, не приходилось встречать аргументов, способных опровергнуть приведенные, хотя бы и «общие» соображения. Если кто-либо сформулирует таковые, буду только благодарен.


___________________________


*Пока Роман Абрамович изживает тяжелое детство, тешится футболом и яхтами, более дальновидный Олег Дерипаска уже вкладывает средства в биологические исследования. Видимо, сказывается разница в образовании.


**Когда я, написав статью, предложил обсудить ее на аспирантском семинаре, бдительные партийные дамы этого мероприятия не допустили, аргументируя «псевдопроблемой».


***Ссылка на простейшие организмы означает лишь то, что именно в эпоху их безраздельного господства складывались основные механизмы естественного отбора, которые, войдя в генофонд, в дальнейшем определили уже и способ жизни всех прочих, более сложных организмов.


Знание – сила. 2012. № 3


По теме на сайте:


Владимир Кудрявцев. Великий праздник Жизни


 


Дарья Золотухина


Японцы: почему они живут так долго


Японцы в среднем живут дольше представителей других наций. аций. А ведь чуть более полувека назад средняя продолжительность жизни в Стране восходящего солнца была одной из самых низких в мире: в 1947 году мужчины-японцы доживали лишь до 51 года, а женщины — до 54 лет. В 2009 году эти показатели уже составили 79,5 и 88 лет соответственно, и Япония превратилась в страну долгожителей. Вместе с экспертами «РР» раскрыл десять секретов японского долголетия.


— Японская культура не создала ничего подобного образу страдающего распятого Христа, — комментирует Александр Мещеряков, профессор РГГУ, автор более 300 работ, посвященных культуре Японии. — Люди не желали обрести и не искали на своем теле стигматов. Заявление папы Григория Великого, что «тело есть отвратительное вместилище души», не могло быть сделано в Японии. Потому что японцы считают, что следует не уничтожать тело, а продлевать его бытие.


Синтоизм, буддизм, конфуцианство проповедуют не принесение себя в жертву, как в христианстве, а, напротив, стремление к гармоничному сосуществованию с природой и миром предков. Кайбара Экикэн, конфуцианский мыслитель и врач, живший в XVII веке, писал: «Человек рождается благодаря Небу и Земле, отцу и матери, а потому и взращиваемое им тело не является его собственностью. Тело следует взращивать с почтением и тщанием, не принося ему вреда. Жизнь должна быть долгой. В этом и заключен сыновний долг перед Небом с Землей, перед отцом с матерью».


— Сказано максимально ясно: твое тело не принадлежит тебе, оно — инструмент служения родителям, и этот инструмент следует содержать в порядке. Таким образом, забота о собственном здоровье превращалась в моральный долг перед другими, — продолжает Мещеряков.


Знаменитая японская диета — рис, овощи, рыба и морепродукты — это, конечно, полезно, но энергии дает маловато. Порой японцы банально голодали.


За последние полвека рацион среднестатистического японца стал более сбалансированным и разнообразным. Рис сдает свои позиции. В 2000-х японцы стали есть его примерно в два раза меньше, чем в начале 1960-х. А потребление жиров выросло с 6 до 15 кг в год на человека. Японцы начали употреблять больше хлеба, спагетти, мяса, колбасы, сосисок, ветчины, бисквитов, шоколада и мороженого. Они начали пить какао, фруктовые соки, пиво, виски, вина, коньяк. Все это увеличило калорийность рациона.


— Несмотря на серьезные изменения в структуре питания, блюдам национальной кухни по-прежнему отдается предпочтение. Японская диета сохраняет свою специфику: ей все еще присущ высокий удельный вес крахмалистых веществ, преобладание растительных белков над животными, потребление существенной доли животного белка за счет рыбных продуктов и в целом низкая, по сравнению с другими развитыми странами, калорийность, — говорит Седа Маркарьян, ведущий научный сотрудник Института востоковедения РАН.


Так, из расчета на одного человека японцы по-прежнему потребляют меньше мяса, молочных продуктов, жиров и сахара, чем жители других развитых стран. По данным Продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН (ФАО), в 2002 году японец съедал в 2–4 раза меньше свинины и мяса птицы и в 6–11 раз меньше животных жиров, чем немец, француз, англичанин или американец.


— Соединение традиционной пищи с европейской создало хорошую основу для улучшения здоровья, — считает Седа Маркарьян. — В послевоенный период японцы стали более рослыми, сократилось число инсультов.


Движение: неспешный бег


— Когда я жила в Японии, мой плотный график учебы вынуждал меня совмещать прогулки и пробежки с походами за покупками, но для большинства японцев они были самоцелью, — рассказывает Марина Ломаева, директор японского культурного центра Сибирского федерального университета. Она шесть лет стажировалась и работала в Университете префектуры Айти.


Прогулка для японцев — это не романтическая экзотика, а ежедневная привычка, сродни чистке зубов или мытью рук перед едой. Каждый день на улицах японских городов можно встретить десятки бегунов в удобной спортивной одежде, с чистыми белыми полотенцами на плечах, чтобы вытирать пот.


— Среди престарелых японцев широко распространены легкие складные коляски, которые одновременно служат опорой при ходьбе, переносным стулом, дающим возможность сделать передышку там, где нет скамеек, и сумкой для покупок и переноски всего необходимого для прогулки, — продолжает Марина Ломаева. — Такую коляску я привезла из Японии в подарок своей бабушке, что сразу увеличило радиус ее перемещений на улице и время прогулок.


В то же время великих спортсменов среди японцев крайне мало.


— Коллективное бессознательное японского народа скептически отнеслось к лозунгу «Быстрее! Выше! Сильнее!», — поясняет нам Александр Мещеряков. — От количества восклицательных знаков в этом призыве веет какой-то истерикой. Японцы предпочли другой путь — умеренного движения, умеренной высоты, с которой не так страшно и больно падать. Японцы соревнуются с нами не в поднятии тяжестей, а в других дисциплинах. В странах, где больше всего чемпионов, будь то США, Китай или Россия, живут меньше. Словом, «хлюпики» хоронят рекордсменов, а не наоборот.


Врачи: медицинское послушание


В декабре прошлого года вышла книга Ватанабэ Макото, который в течение десяти лет служил главным церемониймейстером императорского двора. Он пишет, что император Акихито поднимается с постели в шесть часов утра и непременно совершает прогулку по саду, которую прописал ему врач.


— Представим себе книгу, посвященную какой-нибудь русской харизматической личности, — восклицает Александр Мещеряков. — Полагаю, что наш автор написал бы примерно так: доктора посоветовали N вести здоровый образ жизни, N пару дней попитался овсянкой на воде, а на третий день махнул рукой и выпил вечером водочки, закусив для верности соленым огурцом и сальцем. Потому что гораздо более привлекательный для русского человека образ — это такой «сильный» характер, которому наплевать на собственное тело.


В Японии же человек, который пренебрегает советами врачей, воспринимается как фрик. Здесь врач — это настоящий учитель жизни. И независимо от специализации все медики рекомендуют своим «ученикам» умеренность во всем: в пище, движении, проявлении эмоций. В рекомендации врачей издревле входила и скромность в быту, ибо роскошь предполагает повышенную заботу о вещах, возбуждает излишние желания, что перегружает сердце и вредит организму. Так сформировались присущие японцам невозмутимость и сдержанность, которые западный человек расценивает как бесчувственность и которые его откровенно раздражают. А для японцев лучше владеть собой означает прожить более долгую жизнь.


Гигиена: платки и ванна


— Предупреждение в метро «Запрещается проезд в пачкающей одежде» покажется любому японцу верхом абсурда. Он просто не поймет, что имеется в виду, — говорит Александр Мещеряков. — Японцы — чистюли, они каждый день принимают невыносимо горячую, с нашей точки зрения, ванну, их руки и зубы всегда чисты. Такие меры препятствуют распространению инфекций.


Еще в XVIII столетии принимать горячую ванну каждый день считалось делом вполне обычным даже среди японских бедняков. Употребление туалетной бумаги уже тогда получило повсеместное распространение. В Европе в то время обходились тряпками, сеном или вообще ничем. Когда японец хотел сказать о ком-то, что тот бедняк, он говорил: нет даже бумажного носового платка, тогда как европейцы пользовались многоразовыми, а потому не слишком чистыми тканевыми платками. Чистка зубов с помощью соли или подсоленного чая, полоскание рта после еды, массаж десен — все эти гигиенические нормы были обыкновенны.


Во время еды руки японцев всегда оставались чистыми: пища сервировалась таким образом, чтобы руки с ней не соприкасались. Первые европейцы, с которыми познакомились японцы, вызвали у них культурный шок: вилок они еще не знали и ели руками. И сейчас только в японском ресторане перед едой вам подадут мокрое полотенце, во всех остальных чистота рук остается на совести посетителя.


Малому распространению инфекционных заболеваний способствовало и то, что японцы совершенно не употребляли сырой воды, они пили только кипяченую воду или чай.


Культ старости: радоваться возрасту


Япония не знала культа молодости, в ней господствовал и господствует культ старости. Даже новогодняя символика связана со старостью. Если в христианской Европе традиционными рождественскими сувенирами являются куклы-младенцы и юные ангелочки, то в Японии это черепаха, искривленная многолетними ветрами сосна и креветка, форма которой напоминает скрюченную спину старика.


Уже в Средневековье в Японии было много долгожителей, которых если не обожествляли, то по крайней мере окружали заботой. Государство в качестве награды выдавало им еду. Перед их домами устанавливали специальные таблички, чтобы все знали, где живет мудрец.


День престарелых, который отмечают 15 сентября, в Японии национальный праздник.


— В современном японском обществе иное, нежели у нас, отношение к пожилым людям, к долголетию, — говорит Марина Ломаева. — Воспитывается оно с детства: малыши принимают участие в праздниках, которые для них организуют пожилые люди, школьников водят на экскурсии в дома престарелых и обучают основам ухода за пожилыми людьми — это обязательная внеклассная программа. А волонтеры обучают людей всех возрастов навыкам общения с престарелыми, объясняют, как нужно подстраиваться под их темп речи и восприятия, чтобы найти с ними общий язык.


Для пожилых людей в Японии создана вся необходимая инфраструктура: от удобных лифтов и бордюров до государственной системы предоставления сиделок и домов престарелых. Старость воспринимается не как наказание, когда невозможно добраться на другой конец города из-за отсутствия лифтов в метро, а как новый этап жизни со своими радостями и открытиями, который хочется растянуть надолго.


Медицина: дать много денег


За последние полвека расходы японцев на медицину увеличились в несколько десятков раз. Примерно 18% государственного бюджета идет на поддержание здоровья граждан. Для сравнения: в России — приблизительно 10%, и это притом что бюджет Японии куда солиднее нашего.


Япония долго отставала от других развитых стран по расходам на социальное обеспечение, но за последние тридцать лет они выросли почти в 25 раз, а расходы на людей пожилого возраста — пенсии и лекарства — более чем в 15 раз. Правда, по числу медицинских работников на душу населения Япония отстает даже от России, но здесь вопрос не количества, а качества.


— Японец посещает врачей чаще всех в мире. А это означает, что он больше думает о своем здоровье и старается прежде всего предупреждать заболевания, — объясняет Мещеряков.


Японцы — идеальные пациенты: они строго будут следовать рекомендациям врачей, вовремя обратятся за помощью и не станут заниматься самолечением.


Активная старость: престарелые студенты


Наш пенсионер хочет тишины и покоя: лежать на диване, смотреть «Кривое зеркало» и ворчать, что раньше трава была зеленее, молодежь — нравственнее, а куры — толще. В Японии все не так. Там именно на пожилых людях держатся многочисленные волонтерские организации. Они занимаются всем: от уборки мусора и озеленения парков до добровольного патрулирования дорог и проведения бесплатных экскурсий для иностранцев.


Двери японских университетов открыты для тех, кому за шестьдесят. Разработаны десятки специальных курсов: пожилые люди, особенно женщины, которые в молодости не получили высшего образования, наверстывают упущенное уже на пенсии, когда появилось свободное время.


— В Университете префектуры Айти, где я училась, примерно половину аспирантов составляли ровесники моих родителей и бабушек-дедушек. В один год со мной магистерскую степень получила 78-летняя аспирантка, которая сначала отучилась в бакалавриате по специальности «китайский язык и культура», а потом сразу же перешла в магистратуру и успешно защитила диссертацию о традиционном китайском театре, — вспоминает Марина Ломаева. — Я не переставала поражаться их целеустремленности, трудолюбию и высокому уровню проводимых ими исследований.


Самоуправление в японских городках тоже в основном держится на пожилых людях. Они создают тёнайкай — районные комитеты, которые отвечают за противопожарную безопасность, организацию районных фестивалей и многие другие мероприятия… В общем, любой пожилой японец чувствует себя нужным обществу.


www.rusrep.ru



  • Опубликовал: vtkud
Читайте другие статьи:
Мистика. Даниил Эльконин.
30-03-2014
Мистика. Даниил

"Почему знак, в противоположность орудию,
Юность в 50 лет. Интервью с психологом Анной Прихожан
17-12-2013
Юность в 50 лет.

В защиту дебилов
23-12-2012
В защиту дебилов

Сколько стоит час родительской любви?
07-11-2012
Сколько стоит час

Илья Раскин. Прикажут долго жить
02-09-2010
Илья Раскин.

Обсудим на сайте
иконка
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
  • Календарь
  • Архив
«    Октябрь 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031 
Октябрь 2017 (35)
Сентябрь 2017 (38)
Август 2017 (49)
Июль 2017 (77)
Июнь 2017 (60)
Май 2017 (45)
У нас
  • Популярное
  • Мимо главной
Облако тегов
Наши колумнисты
Андрей Дьяченко Ольга Меркулова Илья Раскин Светлана Седун Александр Суворов
  • Реклама
  • Статистика


  • Яндекс.Метрика
Блогосфера
вверх