Авторизация

Сайт Владимира Кудрявцева

 
» » » Интервью "Российской газете"

Интервью "Российской газете"

  • Закладки: 
  • Просмотров: 2 014
  • печатать
  •  
    • 0

Опубликовано в "Российской газете" от 10.12.04 ("толстушка") и размещено на ее сайте: http://www.rg.ru/2004/12/10/shkola.html.


Детский ад



Ольга Добромыслова



Были времена, когда отдавали ребенка в школу чуть ли не в восемь лет. Читать он начинал в девять - это воспринималось как норма. Было два года в начале 80-х, когда с уст педагогов и родителей не сходило слово "шестилетки". Тогда эксперимент лопнул: дети начали болеть. Сегодня на слуху - "пятилетки". Да только храбрых родителей и энергичных руководителей это не настораживает. Менталитет изменился: учиться никогда не рано.


Итак, учиться никогда не рано. Но все-таки в каком возрасте и как нужно начинать подготовку ребенка к школе? Об этом - в беседе с директором Центра стратегических исследований в дошкольном образовании Института стратегических исследований в образовании доктором психологических наук, профессором Владимиром Кудрявцевым.


- Я сейчас скажу совершенно крамольную вещь: ребенка к школе готовить не надо. В том понимании, к которому мы привыкли: не надо муштровать, тренировать, натаскивать. Но чиновники от образования смотрят на это иначе. Насчет раннего обучения за нас уже побеспокоились. На недавних парламентских слушаниях речь шла о том, чтобы дети в начальную школу шли, как и на Западе, в пять лет. И это на фоне грядущей передачи детских дошкольных образовательных учреждений в ведение местных органов власти. Так что сегодня остро стоит вопрос о сохранении системы отечественного дошкольного образования, которое пытаются лишить статуса самобытной образовательной ступени. Пяти-шестилетних детей хотят загнать в школу, расширенную до масштабов двенадцатилетней "социальной резервации".


- Ссылки на европейский опыт неубедительны?


- Ссылки на европейский опыт бьют мимо цели. Да, на Западе мощная система начальных школ. Туда действительно приходят пятилетки. Но кто хотя бы раз побывал в подобной школе, наверняка заметил, что дети и пяти, и шести, и семи лет там воспитываются в режиме игры, свободного творчества, общения, а не постигая учебные дисциплины. А в Японии, кстати, хотят продлить обучение в этом режиме до одиннадцати лет. У нас же школа начинается иногда уже в детском саду. На Западе, кстати, параллельно с начальной школой все-таки работают детские сады, центры детского развития. Все сбалансировано на любые возможности. Потому что изучаются постоянно меняющиеся потребности. Мы же хотим тотально менять систему при невыясненных потребностях, при социальной незащищенности населения. При том что нет государственного стандарта на дошкольное образование. При том что не создан организационный механизм для такого перехода. Похоже, те, кто за это ответствен, об этом не задумываются.


- Классы пятилеток хотят открывать в школах?


- В министерстве образования и науки говорят: классы пятилеток должны открываться в детских садах. Но сегодня такие группы существуют во многих школах. Однако медики, физиологи, гигиенисты тщательно изучили работу традиционных детских садов, садов развивающего типа и садов, похожих на те, грядущие 1-2-е классы начальной школы. Результаты настораживающие. У пяти- и шестилетних школьников обнаружены болезни, которые обычно встречаются у людей зрелого возраста. И здесь нелишне вспомнить наш эксперимент 80-х, когда попробовали отдавать детей учиться с шести лет. Картина была такая же плюс нарушения в области психического развития.


Это оттого, что у нас в начальной школе доминирует не игра, а "3 + 2". К тому же наш опыт показывает: форсировать школьное "3+2" - самый верный путь сделать так, чтобы ребенок не был готов к школе. Это убьет мотивацию учения.


- Но как не натаскивать, если нынче быть зачисленным в школу - все равно что быть зачисленным в вуз: собеседования, экзамены да конкурсы?


- "Экзамены" - нарушение норм. Хотя спрос рождает предложение. Родители ведь нынче норовят чад своих отдавать в школы не простые, а "элитные", из которых, по их мнению, прямая дорожка в Оксфорд или Гарвард. А к такой школе надо готовиться. Вот эта-то "подготовка" чаще всего и оборачивается быстрым угасанием интереса к школьному обучению (уже в первом классе!), школьными неврозами (они молодеют год от года), "выученной беспомощностью" на всю оставшуюся жизнь.


- И что же делать в этой ситуации? Есть ли "формула успеха"?


- Есть. И она проста: развивать творческое воображение ребенка. Но как способность не столько познавательную, сколько универсальную. Ведь воображение - не просто выдумывание каких-то новых и необычных образов действительности. Это еще и умение посмотреть на то, что и как ты делаешь, "со стороны", глазами другого человека. Ребенок оседлал палочку и скачет на ней, как на лошадке. При этом он ведь вживается в образ другого человека - наездника. И так везде...


А мы идем совсем другим путем. Возникают у ребенка затруднения в рисовании, письме, игре на музыкальном инструменте, выполнении какого-то движения на физкультурном занятии - взрослый ужесточает муштру, заставляет ребенка заново и заново отрабатывать образец. А все дело в том, что ребенок просто не видит себя со стороны, у него нет внутренней опоры - того, что дает творческое воображение. Он в детстве недоиграл. Пытаемся выправлять это в школе - и усугубляем ситуацию.


- Значит, панацея - развитие воображения?


- Не панацея, а способ не иметь многих проблем. Дети с развитым воображением не бывают эгоцентричными, стеснительными, закомплексованными. Они легко включаются в учебную ситуацию, видя со стороны, что и как надо делать. Ведь их соавторы и советчики - все человечество, пусть они об этом и не догадываются. Дети с развитым воображением жизнерадостны и открыты миру, но вместе с тем очень избирательны и критичны. Прежде всего к самим себе. Воображение избавляет детей да и взрослых от самого страшного - внутреннего одиночества. С этим отчасти связана, например, острейшая проблема подросткового алкоголизма и наркомании.


- Могли бы вы кратко охарактеризовать программу, развивающую воображение?


- Умения и навыки у детей мы формируем не традиционным путем тренажа по шаблону. Можно, например, иностранные слова зубрить, а можно в увлекательном диалоге заняться расшифровкой посланий-шифрограмм, входя в образы разведчиков, следопытов и т.д. Это расширяет возможности осмысленной ориентировки ребенка в материале. Формирование самой этой ориентировки должно предшествовать овладению техникой деятельности.


Но воображение нужно развивать скоординированно во всех направлениях образовательной работы - от физкультурно-оздоровительного до художественно-эстетического. На что и нацеливает наша программа. Сейчас наш проект внедряется в дошкольных учреждениях более чем 50 регионов России, и мы имеем возможность достоверно судить о его эффективности в сравнении с обычными детскими садами.


- Хорошо, допустим, дошкольное детство позади и воображение у ребенка развито. Что дальше?


- В последние годы мы заняты разработкой многоступенчатых систем развивающего образования, которые охватывают дошкольное звено, начальную школу, старшие классы. Если мы хотим в школе продолжить работу, которую начали в дошкольном учреждении, то прежде всего должны формировать и поддерживать в детях желание и умение учиться. Это главное, что призвано обеспечивать школьное образование в отличие от простой передачи знаний, умений и навыков, но в массе своей не обеспечивает.


Научить учиться, в частности, означает: научить задавать вопросы, озадачиваться, сомневаться, спорить (со сверстником, учителем, самим собой), строить учебные диалоги, самостоятельно оценивать свои возможности и многое другое. Знания - только инструмент всей этой непростой работы. Как видите, умение учиться по большому счету совпадает с умением мыслить. А умение мыслить неотделимо от способности к воображению.


- Говорят, сегодня на наших бедных детях "обкатывают" огромное количество программ - с грифом минобразования и без оного. Прямо-таки вакханалия свободы. Как, не вникая в педагогические тонкости, почувствовать, стоит ли отдавать ребенка именно в это дошкольное учреждение?


- Сегодня педагоги дошкольных учреждений используют в своей работе около 40 программ - официальных, "неофициальных" - тьма. Официального запрета на них нет, хотя имеется соответствующая позиция в Законе РФ "Об образовании". Есть полузапрет: использовать негрифованное нежелательно. И люди начинают "грифовать", где хотят или могут, - в районных управлениях образования, областных педагогических институтах... В итоге вчера работали по одной программе - не понравилось (или не получилось), перешли на другую. Так и раздробляют педагоги целостное пространство детского развития.


А если говорить о судьбоносном для ребенка моменте выбора дошкольного учреждения или школы, так родители его в момент этот оказываются перед этаким "шведским столом". Он опасен. Если в детском саду много играют, рисуют, поют, танцуют, конструируют, воспитатели много общаются с детьми как заинтересованные партнеры, соавторы, единомышленники и получают от этого удовольствие, велика вероятность, что вы привели малыша куда надо. Признаюсь: когда я прихожу в детский сад, всегда внимательно рассматриваю коллективные произведения - рисунки и поделки воспитателей и детей. Для меня это лакмусовая бумажка, проявляющая уровень человеческих и профессиональных качеств педагогов. Стоит насторожиться, когда вы приходите в группу и видите перед собой класс, в котором идет урок, если общение на уроке сведено к вопросно-ответному ритуалу. Если от садика не веет радостью - вы сразу это почувствуете. После этого можно поинтересоваться, какие программы используются в учреждении.


[b]- При выборе школы вы рекомендуете ту же методику?


- Человеческие и профессиональные качества учителя иногда оказываются более значимыми, чем реализуемые программы. Так что смотрите на людей. И еще на своего ребенка. Постарайтесь объективно оценить его возможности. Сейчас сделать это несложно - есть психологические консультации. Причем подвергать ребенка психологической диагностике нужно несколько раз: за год до поступления в школу, за полгода, за два месяца и за несколько недель. Все может очень меняться. Профессиональные психологи, как правило, дают адекватную информацию относительно уровня психологической готовности ребенка к школе. Особенно важно оценить психофизическую выносливость ребенк, а и ни в коем случае нельзя скрывать реальные данные о его здоровье: если у ребенка, к примеру, есть органические нарушения нервной системы, а его определяют в школу с заведомо большой нагрузкой, он за родительские амбиции заплатит дорого.



.....





Ниже публикуется первоначальный вариант интервью.



— Владимир Товиевич, школьная жизнь трудна. Может быть, ребенку удастся пройти через нее с меньшими потерями, если готовить его заранее?



— Я сейчас скажу совершенно крамольную вещь: ребенка к школе готовить не надо. Не надо его заранее обучать. В том понимании, к которому мы привыкли. А это понимание предполагает изнурительный муштру, тренаж, натаскивание.



— Но как же ребенка не натаскивать, если нынче быть зачисленным в школу — все равно что быть зачисленным в вуз: собеседования, экзамены да конкурсы?



— Ну, что касается «экзаменов», это нарушение существующих норм. Это зафиксировано в инструкциях и Минобразования, и, например, Московского департамента образования. Если Вашего ребенка тестируют при поступлении в школу на предмет отбора, можете смело обращаться с жалобой в соответствующие инстанции. Хотя инструкция инструкцией, а практика практикой.



Но, с другой стороны, спрос рождает предложение, сказывается позиция современных родителей. Они теперь сами выбирают школу, и желательно – не простую, а «элитную», из которой, по их мнению, – прямая дорожка в Оксфорд или Гарвард. А к такой школе надо готовиться. На самом же деле эта «подготовка» чаще всего оборачивается прямо противоположным: быстрым угасанием интереса к школьному обучению (уже в первом классе!), год от года молодеющими школьными неврозами, «выученной беспомощностью» на всю оставшуюся жизнь. Нежелание и неумение детей учиться, которое всегда было характерно для массовой школы, лишь усиливается ранней подготовкой к школе.



- И что же делать в этой ситуации? Есть ли «формула успеха»?



— Эта формула проста: нужно развивать творческое воображение ребенка-дошкольника — но как способность не столько познавательную, сколько универсальную.


Ведь воображение – не просто выдумывание каких-то новых и необычных образов действительности. Это еще и умение посмотреть на то, что и как ты делаешь, «со стороны», глазами другого человека. Если хотите – глазами человечества. Ребенок оседлал палочку и скачет на ней, как на лошадке. При этом он ведь вживается в образ другого человека – наездника. И так везде…



А мы идем совсем другим путем. Предположим, у ребенка возникают затруднения в рисовании, письме, игре на музыкальном инструменте, выполнении какого-то движения на физкультурном занятии. Что делает взрослый? Он ужесточает муштру, дополнительно «разжевывает инструкцию», заставляет ребенка заново и заново отрабатывать образец. И очень часто у него ничего не получается. Знаете, есть такой старый педагогический анекдот, когда учитель двадцать раз объяснял, на двадцать первый сам понял, а дети все не понимают… На самом же деле ребенок просто не видит сам себя со стороны, у него нет внутренней опоры, собственного «царя в голове». Всего того, чему ребенок обязан собственному творческому воображению. Так мы и пытаемся в школьном обучении выправлять те изъяны, корни которых уходят в дошкольное детство. Ребенок элементарно не доиграл – а именно в игре воображение развивается наиболее интенсивно - и поэтому испытывает многие трудности в учении.



- Значит, развитие воображения – это панацея?



- Во всяком случае, - способ решения целого ряда больных проблем. Наши исследования убедительно показывают, что ребенок с развитой фантазией легко преодолеет эгоцентризм, узость мировосприятия, стеснительность, закомплексованность, неадекватную самооценку. Он сумеет включиться в учебную ситуацию, видя «со стороны», что и как надо делать, никогда не погрязнет в собственных страхах при освоении новых действий и т.п. Ведь его соавтором и советчиком будет все человечество, пусть он об этом и не догадывается. Такой ребенок жизнерадостен и открыт к миру, но вместе с тем очень избирателен и критичен. Прежде всего – к самому себе.



Воображение избавляет ребенка, да и взрослого от самого страшного – внутреннего одиночества. Человеку «с воображением» интересен не только окружающий мир, но и другие люди, а главное: он сам.



С этим отчасти связана, например, острейшая проблема подросткового алкоголизма и наркомании. Растущий человек, у которого сформировано воображение, не нуждается во внешних допингах. Его согревает «свет изнутри».



- Но ведь известно, что, например, одаренные дети переживают многочисленные психологические проблемы?



- Это происходит потому, что их творческий потенциал часто развивается однобоко: только в литературе, только в живописи, только в математике. Ведь даже так называемая общая одаренность понимается как способность достигать вершин во многих, но все-таки специальных областях творчества. Да и к тому же взрослые форсируют развитие творческих способностей в направлении их дальнейшей специализации. Прибегая на этом пути к весьма жестким, подчас травмирующим мерам.

А я говорю о воображении как универсальном свойстве, пронизывающем всю жизнь ребенка. Что очень важно: включая такие сферы жизни, как повседневное общение со взрослыми и сверстниками, игры, чтение художественной литературы, обязательно – учение.



- Как же развивать детское воображение?



— Для этого нужно, во-первых, поддерживать в ребенке восприятие мира и самого себя как особой, необычной реальности, полной загадок, тайн и проблем. В то время, как массовое дошкольное образование строится на дублировании обыденного опыта ребенка. Когда ему как бы заново пытаются привить то, чему он уже научился дома, на улице и т.п. и что не требует посещения дошкольного учреждения.



Ребенку предстоит узнать в большом Мире «знакомого незнакомца», увидеть в его зеркале самого себя и свой внутренний мир - еще более загадочный, чем внешний, открыть богатый и непредсказуемый творческий потенциал других людей. Но этого для развития воображения мало. Необходимо, чтобы все это «необычное» превратилось в повод для доверительного, эмоционального общения ребенка с педагогом.



Воспитание и поддержка такого творческого мировосприятия и мироотношения должна стать принципом всего образования. На этом строится разработанная нами концепция и программа развивающего дошкольного образования.



- Могли бы Вы кратко охарактеризовать эту программу?



- Любое детское умение, даже носящее сугубо исполнительский, технический характер, прямо или косвенно связано с развитием воображения. Мы тоже формируем у детей умения и навыки, но отказываемся это делать традиционным путем тренажа по шаблону. Так они никогда не станут ни прочными, ни гибкими. Можно, например, «воспитывать» у ребенка правильную осанку, стуча его по спине и призывая сидеть или стоять «красиво». А можно, как это делаем мы на специальных физкультурных занятиях, дать детям возможность ярко эмоционально прочувствовать неудобство неправильной позы, предложив им изобразить в игре невероятное - допустим, собаку на заборе или пассажира в чемодане. Можно заучивать иностранные слова, а можно в увлекательном диалоге заняться расшифровкой посланий-шифрограмм, входя в образы разведчиков, следопытов и т.д. Все это расширяет возможности осмысленной ориентировки ребенка в материале. Формирование самой этой ориентировки должно предшествовать овладению техникой деятельности. По нашим данным, благодаря этому уровень овладения техникой существенно возрастает.



Однако воображение нужно развивать скоординированно - используя все многообразие детских деятельностей, куда входит и игра, и изобразительное творчество, и конструирование, и восприятие сказок, и многое другое. А к тому же - в рамках всех направлений образовательной работы с дошкольниками: от физкультурно-оздоровительного – до художественно-эстетического. На что и нацеливает наша программа.



— Вряд ли кто-то будет возражать, чтобы в дошкольном учреждении заботились о развитии воображения его ребенка. Но считать его определяющим при обретении конкретных навыков и умений, я думаю, многие не готовы.



— И тем не менее это так. Возьмем совсем малышей. Как мы учим их, к примеру, бросать мяч? Мы просим ребенка не просто бросить, а выразить при этом свое состояние. Ведь бросить мяч можно лениво, можно динамично, можно шаловливо. Все эти эмоции — послания тому, кто мяч ловит. То есть стоит задача выразить свое состояние и донести его до того, кто с тобой в этот момент взаимодействует. Возникает сильнейшая мотивация: ребенок хочет быть понятым адресатом и получить от него ответ. Даже не обладая поначалу развитыми конкретными умениями, ребенок справляется практически с любой задачей намного лучше, если прибегает к помощи воображения.



Сейчас наш проект внедряется в дошкольных учреждениях более чем 50 регионов России, и мы имеем возможность достоверно судить о его эффективности в сравнении с обычными детскими садами.



- Хорошо, допустим дошкольное детство позади и воображение у ребенка сформировано. Что дальше?



- Понимаю смысл Вашего вопроса. В последние годы мы заняты разработкой многоступенчатых систем развивающего образования, которые охватывают дошкольное звено, начальную школу, старшие классы. Если мы хотим в стенах школы продолжить работу, которую начали в дошкольном учреждении, то прежде всего должны сосредоточить свои усилия на развитии у детей желания и умения учиться. Это главное, что призвано обеспечивать школьное образование в отличие от простой передачи знаний умений и навыков, но в массе своей не обеспечивает.



Научить учиться, в частности, означает: научить задавать вопросы, озадачиваться, сомневаться, спорить (со сверстником, учителем, самим собой), строить учебные диалоги, самостоятельно оценивать свои возможности и многое другое. Знания – только инструмент всей этой непростой работы. Как видите умение учиться, по большому счету, совпадает с умением мыслить. А умение мыслить неотделимо от способности к воображению.



Модель такой «школы мышления» создал мой учитель – замечательный ученый-психолог академик В.В.Давыдов и его научный коллектив. Он начинал эту работу еще в конце 50-х – начале 60-х гг. вместе со своим учителем – классиком детской и педагогической психологии профессором Д.Б.Элькониным. Сейчас их детище носит название «системы Эльконина – Давыдова». В 1996 г. решением Коллегии Минобразования РФ система официально признана в качестве одной из трех основных систем начального образования – наряду с системой Л.В.Занкова и традиционной. Сейчас по ней работают около 4% российских учителей. К ним присоединяются отдельные педагоги и школы в Нидерландах, Германии, США, Франции, Вьетнаме, Латвии. Дело приобрело размах общественного движения – 10 лет назад создана Международная ассоциация развивающего обучения (по системе Эльконина – Давыдова).



Естественно, что именно эта модель является для нас приоритетной. Но мы вынуждены работать и с другими моделями школ, ориентируя их на развитие умения учиться теми средствами, которые им доступны.



— Четыре процента! Как мал шанс у человека, далекого от педагогики, случайно набрести на школу или детский сад, где учат учиться! Тем более что малышей стремятся, как правило, водить в садик, что ближе к дому.



- Вы правы, проблема есть и достаточно сложная. Но мы обязательно консультируем родителей при выборе образовательного учреждения. А решение, конечно, они принимают сами.



Есть и еще более сложная проблема, когда ребенок, скажем, при переезде вынужден менять школу развивающего типа на обычную. Часть детей переживает смену школы драматично, иногда теряет интерес к учению. Однако другая часть детей, если, не дай бог, попадают в негативную образовательную среду, отбрасывают все ненужное и начинают заниматься самообразованием. В том числе – благодаря развитому воображению, умению мыслить и учиться. Они вообще способны быстро сориентироваться и перестроиться в новой ситуации. И по зубам им оказываются многие «крепкие орешки» — скажем, на выпускном экзамене решать математические задачи «мехматовской сложности».



Был недавно такой случай в классе, по системе Эльконина - Давыдова обучающемся. По ошибке прислали в нашу гуманитарную школу экзаменационные задания, предназначенные для школы при одном из ведущих технических вузов страны. И ничего, не подкачали детишки — не растерялись, четверки и пятерки получили. И даже не заметили подмены – ее заметила только учительница, которая не подала вида. Как будто так и должно быть! Однако все же лучше без таких «проверок на прочность».



Отсюда же – высокий процент поступления наших выпускников в престижные вузы, хотя мы не ставим своей целью репетиторство, как и любую иную форму натаскивания.



— Кстати, об инновациях. Говорят, сегодня на наших бедных детях «обкатывают» огромное количество программ — с грифом Минобразования и без оного. Прямо-таки вакханалия свободы. А мы оказались не готовы. Как сориентироваться?



— Сегодня педагоги дошкольных учреждений используют в своей работе около 40 программ — официальных. «Неофициальных» — тьма. Официального запрета на них нет, хотя имеется соответствующая позиция в Законе РФ «Об образовании». Есть полузапрет: использовать негрифованное нежелательно. И люди начинают «грифовать», где хотят или где могут – в районных управлениях образования, областных педагогических институтах… В итоге часто исповедуется принцип «лоскутного одеяла»: вчера работали по одной программе — не понравилось (или не получилось), перешли на другую. Так и залатывают педагоги лоскутками-фрагментами «дыры» в своем педагогическом сознании. А на самом деле раздробляют этим целостное пространство детского развития.



А если говорить о судьбоносном в общем-то для ребенка моменте выбора дошкольного учреждения или школы, так родители его в момент этот оказываются перед этаким «шведским столом». Он опасен. И не разнообразием ассортимента, а тем, что создавался практически без участия тех, для кого приготовлен, а их, в свою очередь, никто не готовил делать выбор.



— Так, может, тогда вернуться к жестким регламентам?



— Ни в коем случае! Просто педагоги должны стремиться принцип приветствуемой сегодня «вариативности» реализовывать не за счет экзотических нововведений типа «риторики», «йоги» или менеджмента (кстати, вся эта «экзотика» нередко лишь маскирует традиционный подход к построению образовательного процесса). Нужно разрабатывать и реализовывать целостные программно-методические модели.



- Модели с какими критериями?



— Программа должна прежде всего обеспечивать базисный уровень общего психического развития ребенка на каждом этапе дошкольного детства. Это означает, что она должна быть направлена на поддержку основных линий развития сообразно возрасту (развитие воображения, образного мышления, речи, речевого общения и пр.). Как автор программы будет этого добиваться, на каком образовательном содержании — его дело. Но все должно быть приведено в соответствие с закономерностями возрастного становления, с приоритетами охраны, развития здоровья и поддержания психосоматического состояния ребенка. Сделать это принципом образования — и не будет на выходе чудовищного процента не слишком здоровых граждан на пороге жизни.



— Как оценивать базисный уровень развития?



— Наше федеральное министерство еще в 1994-м году приняло совершенно верное, на мой взгляд, решение оценивать базисный уровень развития прежде всего при помощи методик психологической диагностики, а не путем оценки конкретных знаний и умений. Такие методики у нас есть. Причем речь не о тестах, а о целостных диагностических инструментах, сведенных в авторские банки. Один из таких банков разработал и я.



— Методики есть. Чего не хватает?



— Не хватает квалифицированных психологов, даже «в пределах МКАД», хотя здесь ситуация несколько лучше, чем по России в целом. Для такой работы специалистов надо готовить.



— Но ведь не стихийно же эти программы разрабатывать? Государство как-то вмешивается в процесс?



— Сегодня, к сожалению, мы создаем и внедряем новые программы скорее по наитию. Дошкольное образование нуждается в модернизации. Но научно выверенной стратегии этого процесса нет. Стратегии, которая связала бы воедино социальные, организационные, финансово-экономические, психолого-педагогические и другие приоритеты и определяла бы продуманную программу действий на исторически обозримый срок. Отсюда и все наши «шведские столы».



Впрочем, сейчас речь идет не о модернизации, а о сохранении системы отечественного дошкольного образования, которое пытаются окончательно развалить – лишить статуса самобытной образовательной ступени. Предлагают загнать 5-6-летних детей в школу, которую еще и хотят расширить до масштабов двенадцатилетней «социальной резервации». Мы присоединяемся к Болонскому процессу, а все его участники признают этот статус дошкольного образования. Ссылки на европейский опыт бьют мимо цели. Тамошние «школьные» занятия с дошкольниками, больше напоминают «детсадовские» формы организации жизни. Их наша школа, тем более – традиционная, массовая, обеспечить не сможет.



— Должен быть государственный стандарт дошкольного образования?



— Его пытались создать вот уже много лет, а сейчас и вовсе отказались от этого в пользу «примерных требований». Но что такое эти «требования» - те же стандарты, пусть и иные, чем школьные. Работа в этом направлении носит характер «случайных проб». В итоге педагоги-дошкольники вынуждены ориентироваться на собственные представления о «примерных требованиях».



— Многие из будораживших еще недавно воображение педагогов и родителей «новые веяния» себя не оправдали, интерес к ним падает. Почему? И что взамен?



— Причин много. Но часто развивающий потенциал инновационных программ и технологий гасится только потому, что их пытаются адаптировать к традиционным организационным формам. А присвоение этим формам звучных названий типа «прогимназия», «центр детского развития» только дезориентирует педагогов и родителей.
Что взамен? Многое из того, что уже наработано специалистами. У нас есть качественные программы – «Золотой ключик», «Развитие», «Детство», «Истоки» и др., созданные на научной основе, широко апробированные и рассчитанные на вполне определенные организационные формы. Нужно давать зеленую дорогу именно таким инновационным проектам. Поддерживая их на государственном уровне, а не только на инициативе разработчиков и внедренцев.



- Что при выборе должно насторожить родителей и что обрадовать, если они хотят, чтобы их ребенок в процессе подготовки к школе сохранил здоровье, чтобы ему было комфортно и чтобы он хорошо развивался?



- Если в детском саду много играют, рисуют, поют, танцуют, конструируют, а в рамках всего этого еще и много общаются с детьми – велика вероятность, что вы привели малыша туда, куда надо. Прекрасный признак - если воспитатели сами получают удовольствие от этого в качестве заинтересованных партнеров, соавторов, единомышленников детей. Признаюсь: когда я прихожу в детский сад, всегда внимательно рассматриваю коллективные произведения - рисунки и поделки воспитателей и детей. Для меня – это лакмусовая бумажка, проявляющая уровень человеческих и профессиональных качеств педагогов. Фантазия педагогов при оформлении групп, игровых комнат, спортзалов, коридоров, участка и т.д. – тоже очень хороший признак. Подумайте: как же надо любить детей (и, что не менее важно, уважать самих себя), чтобы создать в нынешних материальных условиях такое!



Стоит насторожиться, когда вы приходите в группу и видите перед собой класс, в котором идет урок. Если общение сведено до минимума, к вопросно-ответному ритуалу. Если от садика не веет радостью – вы сразу это почувствуете, если вас не ждут и вам не улыбаются…



Лишь получив эту предварительную информацию, имеет смысл поинтересоваться, какие программы используются в учреждении.




— При выборе школы вы рекомендуете ту же методику?



— Человеческие и профессиональные качества учителя иногда оказываются более значимыми, чем реализуемые программы. Так что смотрите на людей. И еще на своего ребенка. Постарайтесь объективно оценить его возможности. Сейчас сделать это несложно — есть психологические консультации. Причем подвергать ребенка психологической диагностике нужно несколько раз: за 1 год до поступления в школу, за полгода, за два месяца и за несколько недель. Все может очень меняться. Профессиональные психологи, как правило, дают адекватную информацию относительно уровня психологической готовности ребенка к школе. Особенно важно оценить психофизическую выносливость ребенка и ни в коем случае нельзя скрывать реальные данные о его здоровье: если у ребенка, к примеру, есть органические нарушения нервной системы, а его определяют в школу с заведомо большой нагрузкой, он за такие родительские амбиции может заплатить очень дорого.



Да и в целом, позиция родителей, шире – позиция семьи в образовательном процессе – решающий фактор. Исследования Института развития дошкольного образования РАО показали, что она на 40% определяет эффективность внедрения новых образовательных программ. Есть, над чем задуматься.



Беседу вела Ольга Добромыслова


  • Опубликовал: vtkud
Читайте другие статьи:
Образование детей старшего дошкольного возраста
24-11-2006
Образование детей

 Тропинки к разуму
21-01-2006
Тропинки к разуму

Интервью журналу "Няня"
27-01-2003
Интервью журналу

Информация к разным размышлениям. Как и где учиться до школы?
08-02-2006
Информация к разным

Информация к размышлению. И.Реморенко: старт в разных условиях
06-07-2005
Информация к

Обсудим на сайте
иконка
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
  • Календарь
  • Архив
«    Октябрь 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031 
Октябрь 2017 (41)
Сентябрь 2017 (38)
Август 2017 (49)
Июль 2017 (77)
Июнь 2017 (60)
Май 2017 (45)
У нас
  • Популярное
  • Мимо главной
Облако тегов
Наши колумнисты
Андрей Дьяченко Ольга Меркулова Илья Раскин Светлана Седун Александр Суворов
  • Реклама
  • Статистика


  • Яндекс.Метрика
Блогосфера
вверх