Авторизация

Сайт Владимира Кудрявцева

Возьми себя в руки и сотвори чудо!
 
» » » В.Т.Кудрявцев. Творчество с позиций культурно-исторической психологии

В.Т.Кудрявцев. Творчество с позиций культурно-исторической психологии

  • Закладки: 
  • Просмотров: 259
  •  
    • 0

Участники Всероссийской научно-практической конференции "Психология творчества и одаренности" (Москва, май 2018 г.).

Опубликовано в кн: Психология творчества и одаренности: материалы Всероссийской научно-практической конференции, г. Москва, 20–21 апреля 2018 г. / Отв. ред. Д. Б. Богоявленская. Москва : МПГУ, 2018.

Культура – это исторически развивающийся опыт человеческой свободы, воплощенный в ее произведениях. Главный ее «произведение» – сам человек и тот мир, который он создает вокруг и внутри себя при помощи разнообразного культурного инструментария. В этом – суть культурно-исторического подхода к творчеству, «психологической основой», которого является, по Л.С. Выготскому, воображение.

Ключевые слова: творчество, свобода, культура, воображение.

Сulture is a historically developing experience of human freedom embodied in her works. Its main "work" is the man himself and the world he creates around him and inside him with the help of a variety of cultural tools. This is the essence of the cultural and historical approach to creativity, "psychological basis", which is, according To L. Vygotsky, imagination.

Key words: creativity, freedom, culture, imagination.


Для Выготского культура, мир человеческих творений, в любом своем явлении – прежде всего условие (возможность) и инструмент свободы. Варвары не только разоряли Рим, но и поражались тому, что разоряли. Среди прочего их особо поразил водопровод. Они ведь привыкли искать воду. Либо она находила их, порой в самый неподходящий момент – обрушиваясь ливнем или накрывая наводнения. А по каналу (трубе) вода сама приходит к человеку по его воле – в том количестве, которое ему необходимо. Канал, как и любой, культурный артефакт – обуздание стихии, «отсечение лишнего» (Микеланджело), избыточного в свете полагаемой цели. Овеществленная человеческая воля. А варвары знали только «волю» стихии. Свою собственную волю они, скорее всего, «не признавали» даже в продуктах той – достаточно развитой «материальной культуры», которую успели создать, по-язычески не разделяя ее со стихийной. Водопровод – результат и средство произвольного усилия – сделал человеческую волю зримой. Не исключено, что столкнувшись с ним (и другими подобными изобретениями) воочию варвары испытали первый собственно «культурный шок». А в нем – кто знает? – мелькнули проблески будущего европейского самосознания.

Главная проблема психологии творчества - не в том, как создается «творческий продукт», а в том, что созидание меняет в создателе и других людях. Шекспир, человечество, я, отдельный читатель и зритель, вырванный из его рядов, - до «Гамлета» и после... Нас объединяет то, что мы уже не можем оставаться прежними, мыслить, переживать, жить так, как если бы «Гамлета» не написали. Даже те, кто «Гамлета» вовсе не читал, не смогут оставаться прежними. Потому что уже изменился мир вокруг них, вокруг всех нас. В нас. И подталкивает его к изменению не только «Гамлет», но и любое произведение, изобретение, открытие – от зубочистки до новейшего айфона, от установления в донаучной форме простейших механических закономерностей до расшифровки генетического кода человека. И в зубочистке, и в айфоне, и в первых механических понятиях, и в прорывных достижениях генетики воплощена, «опредмечена» не только творческая изобретательность, но и новый образ мира, образ жизни в нем с себе подобными, образ себя среди них. Новый образ миропонимания и самоотношения - вплоть до повседневного «самоощущения», «самочувствия» (в смысле Э.В. Ильенкова [2]). Он передается на разных культурно-предметных носителях, через которые мы осознаем его природу и историческую необходимость в нем, дотоле «витавшую в воздухе», порой очевидную, но без этого не поддающуюся осознанию. В свою очередь, по мере вызревания этой необходимости творятся и сами носители этого образа.

Титан «берет глыбу мрамора и отсекает от нее все лишнее». А что лишнее? То, что заточает в камне ангела: «Я видел ангела в куске мрамора и вырезал, пока не освободил его».
Великое творчество – это смерть и рождение глыбы. Камень – агрегатное состояние хаоса.

«Замороженная» энтропия. В том, что осталось от каменной глыбы, избавленной от избытков неприкаянной материи, торжествует свою победу над законсервированным хаосом живая «глыба» - Личность освободителя. Но ведь и он вовсе не подошел к каменной глыбе уже со своей готовой свободой, чтобы навязать ее. Он высек эту свободу из камня – отбрасывая неуместное и несвоевременное. А своевременным в творчестве бывает только будущее, уместным – то, что сейчас притягивает его. Преодоление окаменевшей избыточности (а это сложнее всего) становится работой с «пространством-временем», в котором рождается творец, освободитель, Личность. Это, значит, сделать, как говорил апокрифический Иисус, внешнее как внутреннее. Творчество – это всегда аскеза, в «психологическом» остатке, когда от человека (и от материала) остается не «кочерыжка», а гениальная простота.


С психологом и художником проф. Александром Александровичем Мелик-Пашаевым на Всероссийской научно-практической конференции "Психология творчества и одаренности". Способность художественно мыслить, мыслить "красотой", а "безобразие" видеть только сквозь образ, равно как и понимать его природу через него же - профессиональная ценность психологического ремесла.


Титанизм – экстремально развитая способность к «отсечениию лишнего». А что «отсечь» от самого Микеланджело Буонарроти? Поэта? Архитектора? А, может быть… скульптора?! Может быть, стоит пожертвовать и скульптором. В пользу титанического мыслителя, которым он был и в скульптуре, и в архитектуре, и в поэзии, и в живописи. Титанизм – это не космическая всеядность. Это - цельность космоса внутри, откуда и приходит будущее, воплощаемое в любых пространствах и временах.

А что, кого «освобождает» ребенок? Палочка, в которой он вдруг «увидит» лошадку – сродни куску мрамора. Но «освобождает» малыш не ее, а наездника, которым станет в игре. Другого человека, который уже где-то притаился в нем, но не было волшебного жезла (палочки), чтобы вызволить… Этот «другой», как джинн, однажды выпущенный из сосуда, превращается в спутника на всю жизнь. Он может быть не только наездником, в нем бесконечный запас возможностей для самых разных «реинкарнаций». «Реинкарнаций» человеческого в человеке. И уже за пределами игры. Ведь воображение – это способность посмотреть на вещь, ситуацию, событие, другого человека, на себя самого больше, чем одной парой глаз. Такая виртуальная многоглазость, без которой не построить своего, самобытного – человеческого - образа мира. Концентрированный взгляд всех, но – мой, а потому ни на чей другой не похожий, способный проникнуть в то, что другие не видят. Но и я не увидел бы, если бы не «сконцентрировал взгляда». Такие концентрации всегда уникальны и, как правило, спонтанны. Без них не бывает ни гениальных озарений, ни осмысления того, что повседневно творится вокруг и внутри. Каждый из нас в воображении смотрит на мир «глазами человечества», у которого нет отдельных глаз, а наши глаза становятся для человеческого рода окулярами для проникновения в неизведанное (значимое или незначимое для него – другой вопрос). Это – главный пункт концепции выдающегося мыслителя Эвальда Васильевича Ильенкова, в развитие которой я 30 лет назад, под началом, а потом и совместно с его другом, моим учителем Василием Васильевичем Давыдовым, начал работать над темой воображения.

И – из того же стихотворения Микеланджело:

Лишь вашим взором вижу сладкий свет,
Которого своим, слепым, не вижу;
Лишь вашими стопами цель приближу
К которой мне пути, хромому, нет…


Наездник в итоге уступает место «человеку вообще», голос которого мы распознаем в нашем самосознания, рефлексии, совести, даже в виде слышимых отголосков «внутренней речи», «речи почти без слов» (Л.С. Выготский). Во многом другом, что позволяет, вслед за И. Кантом и Э.В. Ильенковым, квалифицировать воображение как всеобщее свойство сознания, как универсальную способность [3], [4]. Дети-дошкольники, благодаря тому, что эта универсальная способность совпадает у них центральным возрастным психическим новообразованием (Л.С. Выготский, В.В. Давыдовым) – по-своему, «титаны». Они стремятся «видеть все», «творить все» и «быть всем», пусть и под определенным смысловым углом. А взрослые, ничтоже сумняшеся, легко обходят эти углы, «отсекая лишнее» в них из соображений своей взрослой целесообразности. Без воображения (из коротких штанишек которого они выросли, не заметив, что «зарыли в себе» универсальную человеческую способность, конечно же, не только, и не столько своим руками – руками других взрослых), смыслового чутья и такта.

Несколько лет назад в передаче «Минута славы» показали очаровательную и очень способную, невероятно артистичную четырехлетнюю девчушку. С двух лет она занимается гимнастикой, а теперь стоит на руках и одновременно поет в микрофон.

– Тебе нравится то, что ты делаешь? – спросил ведущий, когда номер завершился.

– Нет, – ответила малышка.

А еще до передачи ей задавали такой вопрос:

– Кем бы ты хотела быть?

– Всем! – Ответ был кратким и по-своему точным.

Что же такое ее «всё»? Это и полет под куполом цирка, и съемка в кино (то, что она сама включила), и, допустим, сочинение стихов, рисование. Но такое «всё», с точки зрения взрослых, – журавль в небе. Так не бывает. Лучше синица в руке, то бишь микрофон, в который поешь, одновременно делая акробатическую стойку. Это всех восхищает, на это можно натренировать, это глубоко удовлетворяет родительские амбиции.

Наша героиня, например, признается: акробатика ей не нравится. А выступать здесь – это да, ей перед аудиторией и кинокамерами очень радостно. Будем считать, что это и есть плата за по-настоящему не прожитое и не пережитое детство. Как психолог скажу: она несоразмерно велика.
Мне часто приходится работать с детьми, которые расплатились своим детством за такие вот «радости», не столько свои, сколько взрослых. На корню убитые учебные интересы, «школьные неврозы» еще до школы, эмоциональное неблагополучие, в целом, неконтролируемое внимание, неадекватная самооценка – это лишь скромный перечень тех проблем, к которым привели детей амбиции взрослых. Сейчас многие эксперты говорят о вреде ранней муштры детишек в садиках с «особыми» образовательными программами, в специализированных студиях и спортивных секциях, занятий с репетиторами дома, начиная с полутора лет, но большинство тех же родителей не подозревают об их масштабе. И вот, на потоке (и нарасхват) - очередная «Математика, не отрываясь от груди». Дорожки к развалам с такой литературой вымощены благими намерениями и мифами о том, что «после трех лет поздно».

Дело даже не в когнитивных и прочих «передозировках», которые не соответствуют «возрастным возможностям». До определенного возраста дети вовсе не ориентируются на содержательную сторону усваиваемого (может быть, это и во спасение). Более того, поначалу взрослое педагогическое предложение воспринимается ими как шанс попробовать что-то интересное из желанного «всего». Но воображение тянется к другому «интересному», которое лишь в составе этого «всего» и «интересно», и вдруг упирается в ограничение.

Так во имя чего «отсекается лишнее» - взрослыми и детьми? Предварительный ответ – снова у Микеланджело:

И высочайший гений не прибавит
Единой мысли к тем, что мрамор сам
Таит в избытке, — и лишь это нам
Рука, послушная рассудку, явит.

Жду ль радости, тревога ль сердце давит,
Мудрейшая, благая донна, — вам
Обязан всем я, и тяжел мне срам,
Что вас мой дар не так, как должно, славит.

Не власть Любви, не ваша красота,
Иль холодность, иль гнев, иль гнет презрений
В злосчастии моем несут вину, —
Затем, что смерть с пощадою слита
У вас на сердце, — но мой жалкий гений
Извлечь, любя, способен смерть одну.


Воображение – не только взгляд невидимыми глазами невидимых других. Это - еще и адресация к ним, как если они были видимыми и могли ее «прочитать». Но кто-то из них должен быть обязательно персонализирован и значим для воображающего. Для кого-то – это «благая Донна», для кого-то – мама, папа или детсадовский друг, воспитательница, учитель, Дед Мороз… разумеется, - всегда сам воображающий. «Референтный круг» адресатов сам собой постепенно расширяется и адресация становится общезначимой.

Мотив быть услышанным, понятым и при этом не остаться без ответа – лейтмотив детства и творчества. Он и «подсказывает», что оставить, а что отсечь – в логике реального положения вещей, которые объединяют «референтный круг», небезразличны для вовлеченных в него, пусть им условно будет хоть все человечество.

Понятое поначалу одним, ибо только ему предназначенное, становится понятным другим. Но если не понял он, главный адресат, не поймут и другие.

И здесь уже начинаются сюжеты «Психологии искусства» Л.С. Выготского [1] – ключевые для понимания сути и смысла культурно-исторического подхода к творчеству.

Объединяющие людей вопросы Гамлета, которые они задают себе на языке своей эпохи, своей культуры, своей индивидуальности… «Идеи, ставшие аффектом» (Л.С. Выготский) носятся в воздухе истории.

«Кого хоть раз в жизни не тревожили Гамлетовы вопросы?», - пишет в своем психологическом исследовании, в центре которого стоит «Гамлет», Л.С. Выготский. Но ведь «свое» нужно осознать как Гамлетово. Порой заново открыть - увидев «дежавю» великое в повседневности действий, мыслей и переживаний. Не для того, чтобы «облагородить» их. Чтобы вытащить это «свое» из их потока – как несущее жизненный смысл, который обронил где-то или не придал чему-то, чтобы бытийный ряд вдруг перестроился в «событийный». Содействия в этом не сыщешь ни у родителей, ни учителей, ни у психотерапевтов, ни духовников. Это – к Шекспиру. И – к самому себе.

Знаменитый литературный критик Юлий Айхенвальд дал замечательную формулу: Гамлет – не на сцене, а в публике. Позволим уточнить: Гамлет рассеян в публике. Но «собрать» в одном зрителе способен (помочь «собраться» зрителю «в Гамлета»), «отчсеча лишнее», может только сценический Гамлет. Только Шекспир.

С друзьями детства перетерлась нить,
Нить Ариадны оказалась схемой.
Я бился над словами «быть, не быть»,
Как над неразрешимою дилеммой.
Но вечно, вечно плещет море бед,-
В него мы стрелы мечем - в сито просо,
Отсеивая призрачный ответ
От вычурного этого вопроса.


Владимир Высоцкий. «Мой Гамлет»

Через шекспировскую «школу страстей» прошли миллиарды учеников. Каждый из них воспринимал уроки Шекспира как адресованные лично ему. В том числе – «хрестоматийные».
В подростничестве и юности история веронских возлюбленных могла вызывать нечто близкое переживанию влюбленности. Уникальное переживание влюбленности «вообще», и ни к кому в частности. Но чувство уже искало свою Джульетту, которую «узнавало» совсем под другим именем. И, может быть, никогда не узнало бы в ином случае… А потом взрослые люди едут «к Шекспиру» в Верону – в город, в котором тот ни разу не был. Чувство все равно «ищет» и «узнает».

«Узнает» – и человек уже полюбил, сильнее, чем 40 тысяч братьев. Только каждый из этих 40 тысяч братьев может сказать то же самое. Хотя только 10 тыс. из них читало и смотрело Шекспира.

Просто за 52 года Шекспир узнал главного о нас больше, чем мы о себе за 450 лет, прошедшие со дня его явления на свет.

«Шекспировские страсти» сжимают мир в пространстве и времени. «Что он Гекубе? Что ему Гекуба? А он рыдает…»

Спасительные актерские слезы – особенно во времена, когда не все зрители отдают себе отчет в том, по ком звонит последний звонок. Или первый – чтобы пробудить самосознание.

Список литературы:
1. Выготский Л.С. Психология искусства. – М.: Педагогика, 1987. – 344 с.
2. Ильенков Э.В. Что же такое личность? // С чего начинается личность. – М.: Политиздат, 1979. - С. 109-139.
3. Кудрявцев В.Т. Воображение ребенка: природа и развитие // Психол. журн. - 2001. - Т. 22. - № 5. - С. 57-68; № 6. - С. 64-76.
4. Кудрявцев В.Т. Воображение – «третий глаз» культуры // Вестник РГГУ. Сер. «Психология. Педагогика. Образование». 2015. № 1. С. 12-24.




  • Опубликовал: vtkud
  • Календарь
  • Архив
«    Июль 2019    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031 
Июль 2019 (27)
Июнь 2019 (39)
Май 2019 (49)
Апрель 2019 (50)
Март 2019 (43)
Февраль 2019 (28)
Наши колумнисты
Андрей Дьяченко Ольга Меркулова Илья Раскин Светлана Седун Александр Суворов
У нас
Облако тегов
  • Реклама
  • Статистика
  • Яндекс.Метрика
Блогосфера
вверх