Твой образ во мне вызывает грусть,

Мой родич бедный, невзрачный!

Ты мир хотел искупить, глупец, 

Спаситель неудачный! 

Синедрионцы с тобой обошлись

Преподло, предательски прямо. . .

Но кто тебя дернул язык распускать

О делах госудраства и храма?

Печатный станок на твою беду

Никем еще в то время

Не изобретен был: книжку издать

Ты мог бы о небесной проблеме.

В рискованных для земли местах

Твой цензор бы сделал купюры,

И ты б от распятья избавлен был

По милости цензуры.

 Ах, если бы взял ты исправленный текст

Той самой нагорной речи!

Так талантлив, умен - с фарисеями ты

Мог терпимее быть, человече! 

А ты. . . ты менял и банкиров плетьми

Изгнал из храма господня. . .

Вот ты на кресте, в назидание всем,

Висишь и посегодня!       

(Генрих Гейне, поэт, публицист, мыслитель)