Авторизация

Сайт Владимира Кудрявцева

Возьми себя в руки и сотвори чудо!
 
» » Александр Адамский. Директор в школе – второй после бога

Александр Адамский. Директор в школе – второй после бога

  • Закладки: 
  • Просмотров: 1 216
  • печатать
  •  
    • 0

У письменного текста всегда есть опасность, ловушка его натурального восприятия. Ловушка в том, что текст воспринимается как конечный и исчерпывающий сам себя здесь и сейчас. У читателя возникает ощущение, что другие линии, сюжеты, новеллы, не вошедшие в текст, автор напрочь отрицает, считает их несущественными.


Например, если текст посвящен образовательной политике, или управлению, или экономике образования, то для натурального восприятия это означает, что все остальное – содержание образования, учебный материал, способы работы учителя – для автора текста не существуют. Поэтому многие автору, понимая природу таких упреков, начинают искать "новый язык", чтобы быть понятными всем – и специалистам, и «натуралистам». Например, когда мы обсуждали стандарт «дошколки», в рабочей группе, у экономистов родился термин «экономика содействия». И это сработало!


Выдающиеся психологи, корифеи и мэтры, участвовавшие в обсуждении, вошли в материал дискуссии о нормативах, услугах, механизмах финансирования через эту дивную метафору! И даже стали ярыми сторонниками «стандарта условий».
Правда, этого энтузиазма хватило только на дискуссию внутри группы, а уже в спорах с большими начальниками коллегам пришлось уступить – не хватило аргументации. В результате стандарт «дошколки» вышел без финансовых ориентиров.
А жаль, в условиях жесткой экономии, я уверен, это помогло бы региональным министерствам увеличить финансирование дошкольного образования.


Это к вопросу о том, что понимание – еще не всегда основа действия (кстати о мыследеятельности…).


Я плохо работаю с «натуральным мышлением», честно признаюсь. Больше настроен на тех, кто достраивает мои тезисы за счет собственной рефлексии (ну то есть берет мой текст и с его помощью смотрит на свою деятельность) и, используя мои тезисы, актуализирует широкий культурно-исторический контекст.


И поскольку в последние годы для меня тема институтов, норм, механизмов образовательной политики является главной, а в коротких текстах описать связь с содержанием и способами иногда затруднительно, часто возникает разрыв, иллюзия, что нормы и правила обсуждаются сами по себе, оторванные от жизни. А понимания связи институтов и жизни не возникает. И этот когнитивный диссонанс, конечно, провоцирует эмоционально незрелых, но глубоко переживающих за судьбу отечественного образования читателей и слушателей на резкие высказывания и оценочные суждения.


В этом месте всегда соблазнительно вспомнить историю, популярную среди философов, психологов и методологов, для которых М. Мамардашвили читал лекции в 70-х годах, по-моему, в аспирантуре Института психологии АПН СССР. После одной лекции к нему подошел некий аспирант и сообщил, что ничего не понял из лекции. Ответ философа стал уже почти хрестоматийным: «А не было такой задачи, голубчик».


Но я эту историю сейчас как аргумент не хочу использовать, привел исключительно для оживления текста. Потому что на самом деле рассерженные читатели и слушатели по сути выражают важную тенденцию, и я как автор текста для них – просто повод и удобное средство выплеснуть накопившееся непонимание… не моего текста, а действительной связи образовательной политики и жизни.


Ну, хочется же иногда пнуть колесо, если двигатель машины не заводится!


«В рамках целого ничто не может быть несправедливым; хотя и может оказаться неблагоприятным для того или иного индивида», написал Д. Фаулз в «Аристосе». Но когда целого, целостного видения не возникает – все кажется не просто неблагоприятным, а злонамеренно враждебным и несправедливым.


А целостности в нашей образовательной политике, на мой взгляд, действительно нет. Она разбалансирована по вертикали и разорвана по горизонтали.


По вертикали: федеральный центр дает деньги и посылает все сигналы для изменений, но при этом жестко и мелочно-детально контролирует исполнение, практически в ручном режиме. В то же время распределяет средства регион, формальным учредителем является муниципалитет, а школа и детский сад формально имеют право самостоятельности. Каждый уровень формально имеет право на маневр, но фактически вопреки нормам и правилам все выстроены в жестко централизованную систему принятия решений и ответственности.
Эта разбалансировка гасит не только эффективность использования средств, но и приводит к почти естественному оппортунизму: регионы глухо ропщут против покушения на свой бюджетный суверенитет, муниципалы тихо саботируют технические шаги по выполнению федеральных задач (например, выделение земли и проведение необходимых оргмероприятий под строительство детских садов или поощрение частных предпринимателей в образовании), а директора и заведующие просто затравлены этим разнобоем и гигантским валом проверок. Но самое трагичное – отсутствие мотивации учителей на реализацию тех изменений, инициаторами которых они не являются!


Банальная история: производительность труда при рабовладельческом строе намного ниже, чем у свободного работника.


Именно поэтому самостоятельность школы имеет большое значение, но об этом – позже.
По горизонтали: учителя сами не решают, что и зачем им преподавать, школы фактически не самостоятельны в выборе программ, учебников. Работники и учреждения жестко ориентированы на сигналы сверху, ответственность за результат размыта. Если учитель не ощущает себя субъектом, если он не решает сам, что и как преподавать, мотивация падает до нуля. Если за все отвечает президент или министр, то чем больше они «за все отвечают», тем ниже субъектность самого учителя и директора.
Учителя можно заставить выполнять свою работу, но тогда ждать от него лояльности и тем более преданности не стоит.


Образовательная политика по отношению к работникам системы в том и состоит, чтобы удержать баланс между здравым управлением и произвольным действием учителей и директоров.


Я убежден, что современная образовательная политика должна строиться на предельной самостоятельности школы, детского сада, любой образовательной организации. А ключевым условием самостоятельности школы, с моей точки зрения, является предельная автономия и независимость директора. Директор в школе должен быть как капитан на корабле английского флота – «второй после бога», судить которого могли только за бунт на корабле или измену короне. Ключевая фигура в системе – директор, заведующая детским садом. Вокруг этого поистине "первого лица" – и управляющий совет, и профсоюз, и родительские комитеты, общее собрание школы, методические объединения – полный потенциальный набор управления. Но сам руководитель должен стать неприкасаемым единоначальником, который фактом своего назначения получил право на свободу и независимость! Тогда с ним можно вести диалог – и родителям, и учителям, и экспертам, и политикам.


А уж зайти правоохранителям в школу – это должно быть из ряда вон выходящим случаем.
Эта история давняя, и связана она с появлением и развитием университетов. Университет потому и возник как культурно-исторический феномен, как один из ключевых факторов развития культуры – потому что он был не только самостоятельным в выборе содержания и методов обучения студентов, но и автономным юридически!


Старейший европейский университет – Болонский – получил хартию от Фридриха Барбароссы I, в 1158 году, и согласно ей студенты получали право свободного передвижения по территории всей империи, т.е. были защищены самим императором. Они не платили налоги, не служили в армии.


Внутри университета царило собственное право.


А университет в Кембридже возник, как гласит предание, как раз из-за того, что одного из студентов Оксфорда, совершившего убийство, судили не университетским судом, а городским. И ученые мужи в знак протеста покинули Оксфорд.


Я не призываю к отделению школы от государства. Я не призываю к безнаказанности директора. Я призываю к тому, чтобы директор зависел не от сигналов сверху, а от отношения к нему родителей, управляющего совета, профсоюза, экспертных институтов и других неадминистративных институтов. Чтобы он назначался в результате конкурса, который проводится управляющим или попечительским советом, чтобы его неприкосновеннсоть была равной депутатской (т.е. согласие на привлечение к ответственности давало бы общешкольное собрание), чтобы школа в правовом отношении стала тем, чем был университет.


А сегодня директор как флюгер – крутится от любого колебания генеральной линии многочисленных начальств.


А сигналы сверху идут разнонаправленные.


Мы строим капитализм?


Или мы строим новый Советский Союз?


У нас светское государство и светская школа или мы движемся к государственной религии?


Мы развиваем открытую школу без границ, конечно, с сохранением и преумножением культурного кода? Или мы изолируемся от всего мира и у нас свои, домотканые рейтинги, показатели?


Мы развиваем индивидуальность, даем личности ученика возможность максимально самореализоваться и на этой основе строим нормы общежития? Или «Раньше думай о Родине, а потом – о себе?» и «Если я тебя придумала – стань таким, как я хочу»?


Мы поддерживаем конкуренцию, свято чтим право частной собственности и опору на собственные силы?


Или холим и лелеем патернализм, доминирование государства во всех сферах, уравниваем среднюю температуру по больнице вместо заботы о здоровье конкретного больного?


И вот представьте себе, что все эти вопросы решает каждая школа сама для себя.


Фактически это было в 90-х годах – и дало гигантский всплеск учительской мотивации и развития самостоятельности школ.


Если школа сама не решит, какие у нее приоритеты и на какие задачи она работает – система не сложится.


Да, это сложный и рискованный путь, не короткий.


Да, этот путь требует огромных усилий по созданию площадок диалога и дискуссии о целях и задачах школы.


Но это единственная альтернатива разрыву между образовательной политикой и жизнью.
И наконец, самое для меня главное: мы развиваем образовательные институты, создаем и подчиняемся общим для всех и единым нормам, работаем по прозрачным и ясным правилам?


Или действуем применительно к обстоятельствам (как в сказке М.Е. Салтыкова-Щедрина: сначала «по возможности», потом «хоть как-нибудь», в итоге – «применительно к подлости»), правила меняются произвольно, а показатели являются не полосками на термометре, а дубиной в руках правоохранителей?


Институты или ручное управление?


Об эту развилку расшибаются все новации и вся модернизация последних десятилетий.
Но поскольку эта развилка неявная, да еще и может быть спрятана за дымовые завесы ложных проблем (как, например, «утечка КИМов» на прошлогоднем ЕГЭ), а неэффективность институтов из-за этой развилки очевидна, то ярость людей, конечно, обрушивается на институты.


И ЕГЭ не работает, и нормативное подушевое финансирование губительно для образования, и новая система оплаты труда неэффективна, и общественное управление никуда не годится.


И все – правда. И все – неправда.


Например, система ЕГЭ, вообще – система оценки результатов и качества, должна быть независима, а это значит – не может существовать по ней отчетности. А ответственность – только перед родителями и учениками. Ну, еще перед избирателями. Так работают институты.


…Ключевым условием качественного образования, с моей точки зрения, является самостоятельность и независимость школы.


Если школа самостоятельная, директор автономен, – работают все прикладные механизмы, в том числе и муниципальное (государственное) задание школе.


В нынешней ситуации когда школа не самостоятельна, директор и заведующая унизительно марионеточны бессмысленны и механизмы нормативного подушевого финансирования, и новая система оплаты труда, и общественное управление, и независимая система оценки качества.



Электронная газета "Вести образования". 2014. № 1


  • Опубликовал: vtkud
Читайте другие статьи:
Александp Адамский. Блестящий провал стандартизации
29-03-2014
Александp Адамский.

Школа: отрезвление и наказание
25-01-2011
Школа: отрезвление

Поддержит ли школу и учителя подушевое финансирование?
19-12-2009
Поддержит ли школу

Дмитрий Медведев - за отмену пятибалльной системы отметок
05-10-2009
Дмитрий Медведев -

Людмила Кожурина. Образование: новая модель
01-09-2008
Людмила Кожурина.

Обсудим на сайте
иконка
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
  • Календарь
  • Архив
«    Декабрь 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031
Декабрь 2017 (16)
Ноябрь 2017 (47)
Октябрь 2017 (54)
Сентябрь 2017 (38)
Август 2017 (49)
Июль 2017 (77)
Наши колумнисты
Андрей Дьяченко Ольга Меркулова Илья Раскин Светлана Седун Александр Суворов
У нас
Облако тегов
  • Реклама
  • Статистика


  • Яндекс.Метрика
Блогосфера
вверх