Поражающий парадокс любви состоит в том, что в ней универсальное, всеобщее преобразуется в частное, принадлежащее мне, и только мне.

В этом Ален Бадью перекликается с моим учителем, всю жизнь любившим Францию, психологом Алексеем Николаевичем Леонтьевым, который без устали утверждал, что «психология — пристрастная наука»! И в этой пристрастной науке немало страниц уделено любви, превращающей любое социальное событие в акт моей собственной, индивидуальной, неповторимой частной жизни. Именно любовь открывает для каждого из нас «личностный смысл» (значение-для-меня — по выражению Алексея Леонтьева) через призму борющихся между собой мотивов нашего поведения.

Именно любовь, повторюсь, превращает любое холодное познание в окрашенное мотивами и страстями личное знание ищущего истину человека...