Есть такое мнение – о различии воспитания девочек и мальчиков, которое не лишено жизненной подоплеки. Девочки «социализируются» лучше и быстрее мальчиков.

Девочку сознательно, а чаще бессознательно готовят к тому, чтобы стать хранительницей очага, сердцем семьи, женой, мамой. Но, в итоге, она заодно становится «второй мамой» мужа, а он – «братом» собственных детей. Растят и «принцесс». Но типаж «слабого пола – сильного гендера» все чаще перед глазами. Инверсия гендерных ролей не сегодня признана тенденцией. И это явно не только плод эмансипации женщин, о которой говорят с 19 века в мире и даже в патриархальной России.

А мальчика хозяином, мужем, отцом не растят, чаще наоборот, беспечным странником по жизни. Отсюда и это: «Пусть нагуляется...». Вот он и гуляет всю жизнь, никак не нагуляется.

Тут не до «Домостроя», к которому иной раз призывают, в меру своего понимания того, что это такое. В пору мужчин заново отдавать в большой социальный детский сад под присмотр и уход женщин. «Домострой» - это, в первую очередь, ответственность. Воля, а не власть, которую не «нагуляешь», власть – потом.

В пропаганде домостроевщины немало преуспевает РПЦ, что стало уже частью политпропаганды государства (мотивы обсуждать не будем, они очевидны). Доходит до космической, точнее, комической глупости. Как-то некий иерей по фамилии Сосковец заявил (цитирую ТК-ленту): «Мужчины в России спиваются из-за женщин… Мужчина так устроен Богом, что обязан быть главой семьи. Если женщина занимает эту позицию, то мужчина находится в противоестественном состоянии постоянного стресса, поэтому глушит боль пивом».

Был у нас в школе завуч по воспитательной работе, в общем, безвредный, ловил курильщиков на переменах. Поймав, произносил: «Парень, вот сейчас ты куришь, а потом пиво пить будешь». Кличка у него была Петух (был похож внешне, грудь колесом).

По части причинно-следственных отношений Петух был посильнее иерея, у которого с матчастью совсем слабо. Неплохо было бы заглянуть. Ни в одном каноническом тексте Бог не «устраивал» мужчину главой семьи, он не ЗАГС, не семейный консультант и не депутат заксобрания, которому нечего делать, но надо оправдывать протирание штанов в высоком кресле. Просто в православии Отец (имя Бога) - первое сакральное лицо, второе - Мать (потому что Богоматерь), а дальше призыв - соответствуй! Даже в «темных» Домостроях об этом, больше об ответственности мужей, чем об их кулачном праве, такой же власти и почитании остальными. О самостоятельности.

По словам выдающегося русского историка В.О.Ключевского, он был «государем» не только для жены и детей, но и домочадцев (живущих в доме младших родственников и слуг, их семей), сочетая в себе функции учителя, наставника-мастера, воспитателя-духовника. «Он обязан был беречь чистоту телесную и духовную домашних своих, во всем быть их стражем, заботиться о них, как о частях своего духовного существа, потому что связан со всеми ними одной верой и должен вести к Богу не себя одного, но многих». Возможно, домостроевский уклад, как и хуторской (в отличие от общинного), был спасителен для мужчины. Один на один с Богом. Не нагуляешься. А так – заглянет мужчина в храм, покреститься, свечку купит, грехи свои замолит и пошел дальше гулять-грешить, а дома - утверждать оскорблениями и побоями слабых свое предназначение, мандат на которое ему выдал не только безвестный поп Сосковец, но и государство, декриминализировавшее семейное насилие. А впору послать его на хутор, пройти «высшую школу мужской социализации».

Да, «не получается - ничего, отдохни», - это правильно. Но не «я за тебя сделаю», а «потом ещё раз попробуешь и сам сделаешь, ты сильный, намного сильнее, чем думаешь». Меня воспитывали примерно так, хотя очень нежно (но не до изнеженности) и трепетно, без тени нажима. У меня родители были очень сильными, свободными и ответственными людьми, и я не видел примеров, чтобы стать каким-то другим. Жаль, что рано меня покинули, папа в 59, мама в 64. Сейчас мне 65, и я острее нуждаюсь в них, потому что кое-чему научился и кое-что понимаю в жизни. Они были правы: я стал посильнее, чем думал.

Разделять полномочия между мамой и папой можно лишь условно и с массой оговорок. Про это книжку придется писать. И ни в каком договоре нельзя предусмотреть. Но, все же, о главном.

Мама учит любви, великодушию, доверию, вере и самоотдаче.

Папа учит свободе, пониманию, решительности, мудрости, влюбленности, дружбе, уважению, такту и вкусу, самоиронии, вдохновению, наслаждению делом, способности вызывать чувство защищённости даже в его отсутствии, скромности, страсти и бесстрашию.
Вот что еще важно.

Папа говорил: «Ты это легко сделаешь. Но должен сделать так, чтобы НАУЧИТЬ ДРУГОГО».

Мама постоянно говорила: «Ты это сделаешь ИГРАЮЧИ».

В этом вся суть.

За мамой больше, чем за папой? Но не забывайте: за ней ещё и папа. И самое главное.

А насчет сакральности отцовского лица - не знаю. Думаю, достаточно быть просто «лицом». Действующим – незаметно, бесшумно, деликатно (даже сворачивая Монбланы и творя галактики!), «пока все спят». Ради того, чтобы в пробудившихся детских и женских глазах засияло-заиграло новое утро с предвкушением ежедневного чуда, которое не заставит себя ждать. …А папа - скромно отошел в сторонку, как если бы к этому чуду он не имел ни малейшего отношения. Мама, при всем желании, не может скрыть своей причастности к чудотворчеству, уже просто выносив и родив каждого из нас.

А это - отцовское счастье, которое выше любого Монблана, любой галактики! Тихое и самое высокое. Я наблюдал его на лице своего отца. И навсегда запомнил это лицо счастливым.

Не надо рваться в святые и, тем более, навязывать свою святость – достаточно быть просто отцом.

---

На развитие сайта
​